Мир «Украина мне нравится, тут девушки красивые»

2010-05-30 14:30 1109

Вступил в действие договор о реадмиссии, согласно которому Украина обязана принимать всех нелегалов, въехавших в Евросоюз с нашей территории. Увеличилось ли количество незаконных мигрантов, где их содержат и куда отправляют потом, выяснили «Известия в Украине».

Вступил в действие договор о реадмиссии, согласно которому Украина обязана принимать всех нелегалов, въехавших в Евросоюз с нашей территории. Увеличилось ли количество незаконных мигрантов, где их содержат и куда отправляют потом, выяснили «Известия в Украине».

Сиверцы не против
На сегодня в Украине есть только два пункта содержания иностранцев: в Черниговской и Волынской областях. Первый рассчитан на 208 человек, второй на 187. Оба открыты в 2008 году на деньги Евросоюза. Еще один пункт «Павшино» в Закарпатской области закрыли из-за напористости местных жителей, посчитавших такое соседство опасным для туристической отрасли.
Теперь доставка нелегалов условно идет по двум адресам. Тех, кого задержали на востоке и севере страны, доставляют в Черниговский пункт, западные области и юг снабжают Волынский.
В отличие от закарпатецев, жители Репкинского района Черниговской области ничего против нелегалов не имеют. Во-первых, сам пункт находится в нескольких километрах от ближайших сел, в лесу, на базе бывшей военной части. Во-вторых, 90% штата пункта состоит из жителей сел Смолиговка и Любеч, которым и работать-то больше негде.
«В основном наши люди занимаются домашним хозяйством, — рассказывает «Известиям в Украине» председатель сельсовета Смолиговки Елена Левченко. — У нас есть небольшая ферма и сельскохозяйственное предприятие «Маяк», но там работают только несколько человек. А на работу в пункт устроилось более десятка односельчан. Работают в охране, санчасти, на кухне, операторами машинных установок. Раньше зарабатывали больше, сейчас в связи с кризисом получают минимальную зарплату. С нелегалами никаких проблем у нас не было, в селе они не пытались поселиться. Мы с ними практически не пересекаемся».
До Черниговского пункта содержания иностранцев добраться можно разве что на автомобиле. Пункт находится в 60 км от Чернигова и в нескольких километрах от села Розсуды, на базе бывшей военной части. Поэтому прошу директора пункта Евгения Солуяна подвезти меня. Он работает в пункте четыре года, с момента его создания. «Когда искали место для пункта, остановились на Черниговщине, наверняка был прогноз, что здесь будет большой поток нелегалов через границу с Россией и Белоруссией. Но за четыре года моей работы здесь пограничники задержали не более десяти человек. В основном границу нелегалы переходят в Харьковской и Сумской областях», — рассказывает по пути Евгений Петрович.
Спустя сорок минут подъезжаем к пункту содержания. Территория огорожена высоким забором с колючей проволокой. За все время было две попытки побега, но нелегалов поймали, сменили систему сигнализации — усовершенствовали за 60 тысяч евро - и теперь отслеживают любой шорох. Рядом с пунктом заброшенные, без окон и дверей многоэтажки, где раньше жили семьи военных. Заходим на территорию, охрана докладывает начальнику о ситуации, записывает мои данные. Таковы требования режима.
На переоборудование бывшей военной базы под пункт из государственного бюджета потратили 25 млн грн. Международная миграционная организация выделила около 300 тыс. евро на приобретение мебели, офисной и бытовой техники, инвентаря. Пункт рассчитан на 208 человек, сейчас там находится 87 человек. В основном мужчины, но есть 16 женщин с 6 детьми. За двухлетнюю историю пункта была даже одна роженица.
Сейчас здесь содержатся представители 22 стран, в основном из Африки и Азии, но есть и два россиянина да кубинец. Большая часть иностранцев — граждане Вьетнама, Сомали, Афганистана, Китая и Грузии.
Страны Шенгена также поставляют Украине своих нелегалов. Сейчас в пункте находится литовец, а раньше — граждане Венгрии и Франции. «Француз был пожилым и, якобы будучи на Украине, потерял документы. Им активно занималось французское посольство», — вспоминает Станислав Соляник, старший инспектор группы документирования.
Он для нелегалов уже стал своим. При встрече иностранцы постоянно у него что-то спрашивают: как оформляются их документы, есть ли вести из посольства.
Языковой барьер для сотрудников пункта не проблема. С теми нелегалами, кто не знает английский, общаются на русском. И понимают друг друга.
Нелегалы расположились на трех этажах. На первом - женщины, на втором и третьем — мужчины. Расселяют их с учетом религиозных и этнических особенностей. «Раньше мы их селили по национальностям. Но потом пришлось сделать рокировку. К примеру, среди афганцев есть шииты и сунниты. Они между собой не дружат. То же с нигерийцами, которые в своей стране враждуют на религиозной почве. Ведь одни христиане, а другие мусульмане. Они и здесь не находят общий язык. Но все конфликты мы гасим на корню», — говорит Станислав.
На каждом этаже есть пост охраны. Больше ничего о режимном объекте не напоминает. Нелегалы могут свободно перемещаться по этажу, общаться, смотреть по спутниковому телевидению свои каналы, играть в настольный теннис, шашки и шахматы.
Особых претензий к условиям содержания нет – разве что кальян курить нельзя и игры в карты запрещены. Больше всего их донимает скука. Ведь заняться практически нечем, разве что помочь персоналу разнести пищу или убрать территорию. Да и эта работа не очень-то интересна нелегалам. Зимой им слишком холодно, чтобы лопатой снег сгребать, а летом комары донимают. Можно для разнообразия сыграть в футбол, баскетбол или волейбол на спортивной площадке. Но в мое посещение таких желающих было немного. Работает также библиотека с книгами на русском языке и теми, которые присылают иностранные посольства, однако чтением нелегалы не увлекаются. «Они у нас поправляются, — смеется Станислав Соляник. — Когда к нам прибывают, их обследует врач и взвешивает. Так я вот хочу еще ставить их на весы на выходе. А то некоторых к концу срока порой узнать не могу — такие физиономии себе отъедают».
Мусульмане едят сало
От безделья иногда возникают конфликты. Для виновных предусмотрен изолятор. Комнаты в нем больше похожи на тюремные камеры. Мебель вся прикручена к полу, а в двери — специальное окошко для подачи пищи. Телевизора нет, а прогуляться можно только в небольшом коридорчике за решеткой. По словам Станислава Соляника, самые эмоциональные — грузины. Они плохо переносят первые дни лишения свободы.
А самые спокойные — азиаты. Сотрудники пункта, помимо ежедневной работы, еще получают эмоциональную разрядку, изучая национальные особенности подопечных. «Мусульмане практически не пользуются ложкой. Из борща вытаскивают картошку и едят руками. Я видел по телевизору, что даже в их самых крутых отелях руками принято есть. Но есть исключения. Некоторые едят и свинину, и сало. Хотя все это их религия запрещает. Наверное, думают, что здесь их Аллах не видит», — говорит Станислав Соляник.
Персоналу пункта пришлось приспосабливаться к религиозным особенностям. К примеру, во время рамадана мусульмане едят только после заката. Поэтому им выдавали паек на день, а уже вечером они сами готовили еду в общежитии. По окончании рамадана к ним приезжают родственники и друзья, оставшиеся на свободе. «Привозят много всякой снеди, баранина была. У них принято в этот день угощать бедных. Так они не только своих угощали, но и представителей других национальностей», — вспоминает Станислав. К слову, посещать нелегалов можно каждый рабочий день за исключением тех, кто находится на карантине. Также Красный Крест помогает иностранцам телефонными карточками — так они могут позвонить  на родину. При задержании у каждого есть какие-то вещи, деньги. Все это хранят в депозиторе.
Кормят три раза в день. Меню утверждено Кабинетом Министров, как для всех пенитенциарных учреждений. «Даем говядину, реже свинину, поскольку большинство ее не ест, а также рыбу, курятину. На первое различные супы и борщ. Гарнир — каши и картофель. Иногда готовим блины, деруны. Ко дню рождения деток печем праздничный пирог. Беременные и кормящие женщины питаются по особому рациону. Конечно, наша еда им не может полностью нравиться. Азиаты хотят сырую рыбу, рис, а мусульмане — плов. Черный хлеб практически никто не ест, так что даем белый. Но съедают все, некоторые просят добавки. Хоть не положено, но идем навстречу и добавляем первое», — рассказывает повар Светлана Васильевна. Пока разговариваем, первая партия отобедала. «Финиш», — говорит охранник. «Спасибо», — хором отвечают нелегалы.
В пункте приема предоставляют медицинскую помощь. При поступлении нелегалов обследуют. У большинства находят педикулез. Всем делают флюорографию, больных туберкулезом отправляют в областную больницу.
Далеко не все хотят рассказывать, как их занесло на Украину и как собираются жить дальше. К нам подходит вьетнамец Чан Дик Диен. «Я учился в КПИ, но через два года деньги закончились, и я вынужден был работать. Домой не хочу, там у меня никого нет. Вот выйду отсюда — буду восстанавливать документы. На Украине мне нравится, тут девушки красивые».
«Живет мы тут нормально, но шесть месяцев — много. Я приехал на Украину к друзьям, деньги закончились, не смог уехать домой. Пошел на рынок в Евпатории работать грузчиком. Там меня поймала милиция. После выхода возьму у друзей деньги и уеду домой, у меня там жена и дети», — рассказывает азербайджанец Шагин Ибрагимов.
Египтянин Абдурая Мохаммед Ахмед сначала говорить и фотографироваться отказывался, но не удержался. По-русски говорит неплохо, за 2,5 года, что живет на Украине, выучил язык. Кроме русского, знает арабский, французский и английский. В Египте, по его словам, окончил университет и получил образование экономиста, с друзьями приехал на заработки на Украину. «Я в Киеве работал на стройке. Снимал квартиру, у меня хозяйка украла документы и $5000. Обзавелся женой, скоро будет рожать. Я не хочу уезжать в Египет, хотя там родители, сестра и брат. Если меня депортируют, я не смогу приехать на Украину целых пять лет. Кто будет кормить жену и ребенка, как они будут без меня?», — сокрушается Ахмед.
Пока египтянин рассказывает свою историю, к нам подходит группка сомалийцев, тощих, как спички. Один их них — Абди Амана Гурия - охотно вызывается рассказать свою историю. Его милиционеры нашли под Винницей, где сомалийская диаспора уже насчитывает 300 человек. Он, как большинство нелегалов, просит статус беженца. Но, по словам директора пункта Евгения Солуяна, 99,9% таких просителей получают отказы.
Если на депортацию денег не выделят, сомалийца через 6 месяцев выпустят, и он поедет обратно в Винницу, к своим. Такие случаи уже были. На свободу также отпускают тех, чьи личности за полгода не удалось установить
«Выйду и восстановлю документы» — традиционные планы всех нелегалов. Большинство не собирается возвращаться на родину. Украинское законодательство тому содействует. Если нелегал назвал свое имя и страну происхождения правильно, а посольство подтвердило эту информацию, Украина имеет право депортировать его на родину. Если же иностранец всячески скрывает информацию, спустя полгода, установленные для выяснения личности, его просто отпускают.
За все время работы черниговского пункта в нем побывали 599 нелегалов, из них только 255 депортированы из Украины.
Евросоюз продолжает выделять деньги Украине на строительство новых пунктов содержания. Речь идет о 30 млн евро, но строить европейцы будут своими силами. В сентябре британская компания «Аруп» начала осваивать деньги. Пункты появятся на территории Львовской, Закарпатской, Николаевской и Донецкой областей.
По информации Госдепартамента по делам гражданства, иммиграции и регистрации физических лиц МВД Украины, с начала этого года на Украину приехали 5,4 тыс. нелегалов. Предполагался поток в 150 тысяч человек.
Олег Волков, русский, нелегал:
- Я приехал на Украину еще в 1993 году с советским паспортом, чтобы быть ближе к бывшей жене и сыну, которые поселились в Днепропетровске. Купил дом в Нежинском районе, прописался, стал на военный учет и прожил здесь 17 лет. Но мои родные умерли, на Украине к меня никого не осталось, а в Мурманске есть сестра. Я решил вернуться домой. Но здесь мне документы не дают, так как я не гражданин Украины, а из России ответили, что я там никогда не был. И вот я теперь здесь, жду депортации. Живу с соседом-азербайджанцем, книги читаю, в шахматы играю. С другими иностранцами общаюсь редко — не о чем. Я ни с кем не конфликтую – добротой беру, я ж преподаватель по образованию.

Еще новости в разделе "Мир"

Психология
9 способов выбросить из головы негативные мысли, возникающие снова и снова
Дети
Самые популярные детские имена. Столетие «именной» моды
Путешествия
Пора в отпуск!
Здоровье
Универсальная вакцина против гриппа: реальность или фантастика?

Новости партнеров

Мы в телеграм