Мир Но стать монахом ты обязан (ФОТО)

2010-10-21 20:27 1769

Представьте себя в международном аэропорту абсолютно незнакомой страны без денег и обратного билета. Не страшно? Усложняем условия. В этой большой и довольно развитой стране не существует банкоматов, международных банковских переводов и другой возможности передать деньги. Это не сюжет из фильма — такие места остались и в ХХІ веке. В этом убедился наш спецкор Дмитрий Комаров, отправившись в Мьянму (Бирму).

Страна в погона

Если слово Мьянма ни о чем вам не говорит, не отчаивайтесь. Опрос туристического агентства, специализирующегося на экзотическом туризме, показал: только пять из десяти респондентов вспомнят, где Мьянма на карте (государство в Юго-Восточной Азии — «Известия в Украине»). Два человека обязательно скажут, что это африканская страна. А еще трое, зная ответ, его не назовут, Мьянму они помнят под прежним именем — Бирма. Данные опроса получены уже после разрушительных цунами 2007 года в Мьянме, когда хоть и в хрониках катастроф, но экзотическое государство промелькнуло на всех телеканалах планеты.

Самый курьезный случай, связанный с незнанием нового имени государства, произошел лет двадцать назад, по легенде, в дипломатической среде. На собрании в министерстве иностранных дел одной большой страны решался вопрос: кого направить послом в другое большое государство, Мьянму. Кандидатура человека, много лет проработавшего в Бирме, была поддержана единогласно. Но с возмущенной ремаркой вдруг выступил другой дипломат: «Имейте же совесть! Человек всю жизнь провел в Бирме, а вы его направляете в Мьянму».

 

Мьянманцы порой свою страну по привычке тоже называют Бирмой, а себя и свой язык — бирманскими. Природа подарила стране все, чтобы стать супертуристической и пойти по стопам того же Таиланда. Но роскошный выход к Андаманскому морю и Бенгальскому заливу - 2000 километров береговой линии с пляжами, похожими на картинки с рекламных буклетов, пустуют. Не говоря уже про остальные составляющие успеха на туристической почве — количество древних пагод и развалин былых цивилизаций такое, что даже на беглый осмотр понадобится месяца два-три. А еще джунгли, экзотическое зверье, горы и водопады, необычная кулинария и высокий уровень безопасности. Мирные буддисты туриста не обидят, в любое время суток и любой части страны чувствуешь себя в абсолютной безопасности. В общем, рай для любителей экзотуризма, где того самого туризма пока практически нет. Максимальное число приезжих было зафиксировано в 1996 году, который правительство провело под лозунгом «Добро пожаловать в Мьянму!» На фоне рекламной компании посетили страну тогда 600 000 человек, и пока это рекорд. Для сравнения, в соседний Таиланд за год приезжают десятки миллионов отпускников.

 

Туризм откладывается по причинам объяснимым. После более сотни лет британской колонизации и нескольких лет японской оккупации в 1948 году Бирма стала парламентской демократией. Но этнические народности, или попросту племена, которыми населены семь из четырнадцати регионов, активизировались и стали претендовать на отделение. В частности потому, что в союзном договоре было прописано право национальностей на отделение. Беспорядки различной интенсивности с перерывами продолжались до 1962, пока военные силой не отобрали власть. Против повстанческих группировок затеяли активные военные действия и загнали их в глухие джунгли.

Через 12 лет военного правления руководство страны решило снять погоны. Нет, они продолжили править Мьянмой, только теперь в статусе членов правящей социалистической партии. Бирма перешла к гражданскому правлению, но своей экономической политикой и не самым эффективным управлением экс-генералы довели страну до обнищания. И в конце 1980-х дождались результата в виде массовых акций протеста. Но снова вмешалась армия — уже без приставки «экс». Хаос она прекратила по старой проверенной схеме — организовала Совет по восстановлению законности и правопорядка, ввела комендантский час, вывела на улицы танки и бронетехнику и взяла власть в свои руки. Новым первым лицом государства стал главнокомандующий вооруженными силами. Так в 1988 году к власти снова пришли военные, которые правят страной и сегодня. Вероятнее всего, 7 ноября 2010 года Мьянма снова станет гражданской — в стране впервые за 20 лет пройдут парламентские выборы.

 

Раса — белый

Мьянма для меня была экспромтом. После довольно длительной командировки в королевство Камбоджу я решил по пути домой мельком взглянуть на одну из еще незнакомых стран Юго-Восточной Азии. Выбор пал на Бирму, которая в мае этого года удивила всех введением визы по прилету. Страна с военным правлением, в которую несколько лет назад не пускали с ноутбуком, а все принтеры и факсы внутри нее подлежали обязательной регистрации — и тут visa on arrival. «Это начало конца бирманской самобытности, скоро турист «подсадит» ее на доллар», — проскочило в голове. Ехать решил срочно. Но увы или к счастью, музыка для туристов играла недолго — визу по прилету запретили так же быстро, как и ввели. Возможно, ввиду предстоящих выборов, а может, для ограничения трафика приезжих и упрощенного контроля. Сегодня для иностранца открыты только воздушные ворота в Бирму — это международные аэропорты в бывшей столице Янгоне и втором по величине городе Мандалае. Наземные переходы — только по спецразрешениям.

Об отмене мгновенной визы я узнал уже в Азии и побежал в консульство Мьянмыв городе Пномпень, столице Камбоджи. Откровенно говоря, впервые видел в обычной посольской анкете следующие графы: цвет глаз и волос, вес и рост. И самое интересное — раса! «Пиши — белый», — предупреждая мой вопрос, подсказал сотрудник консульства.

Заполняя графу «работа», я начал переживать. «Не пиши, что журналист», — подсказывала чуйка, и я написал — фотограф. Не зря. Меня расспрашивали, с какими организациями сотрудничаю и попросили контактные телефоны. Услышав, что в списке работодателей числится газета, парень изменился в лице и унес документы куда-то наверх. Вернулся через полчаса с неоптимистическим сообщением: «Мы не гарантируем, что сможем открыть вам визу, но попробуйте прийти через неделю».

 

Саронг и танакха

В итоге меня все-таки осчастливили визой Союза Мьянма в паспорте. Так транзитом через Бангкок я попал в международный аэропорт города Янгон. И тут началось самое интересное. Немногочисленные иностранцы проходили паспортный контроль мгновенно, но меня задержали минут на пятнадцать, а документы куда-то унесли. Вскоре с паспортом работала целая делегация, к которой присоединились и большие люди с большими погонами. На вопросы небрежно бросали: «Ожидайте». Пару раз в их разговоре на бирманском языке промелькнуло слово на английском — newspaper, газета. Действовать нужно было срочно, иначе могут не пустить. В голове родился спасительный план — я просунулся в окошко и с улыбкой произнес: «Я фотограф, снимаю свадьбы. В газеты иногда продаю пейзажи. Сейчас приехал фотографировать природу Мьянмы». Находка оказалась спасительной. «А, свадьба!? Свадебный фотограф!» — барышни засмеялись, большие погоны и напряжение исчезли, а в моем паспорте появился въездной штамп.

Я вздохнул с облегчением, но ненадолго. Вышло так, что все наличные деньги потратил еще утром — оплатил отель, услуги моторикши и аэропортовые сборы в Камбодже. Осталось ровно полдоллара, да и то в камбоджийской валюте. Во время пересадки в Бангкоке проскочила мысль: не попросить ли у банкомата денег на перекус и вообще на всякий случай? Но решил, что это неразумно — за снятие придется заплатить комиссию, а потом менять тайские баты на мьянманские кьяты и опять терять проценты. Решил сразу снять деньги в бирманском международном аэропорту в местной валюте и без потерь. Тем более, накормят в самолете бесплатно.

«Здесь банкоматов нет», — первые два раза этот ответ на земле бирманской меня не смутил. Ну нет в этом зале, будет в следующем. В международном аэропорту делового центра немаленькой республики иначе быть не может. Я пробирался к стойке информации, отвергая предложения многочисленных таксистов в юбках — национальной бирманской одежде. Это саронг, или по-бирмански лоунчжи — сшитый прямоугольный кусок ткани, который на тело надевается через ноги и напоминает юбку. Мужская юбка от женской отличается цветом: женские яркие и цветастые, мужские строгие, в клетку или полосатые.

 

«Сэр, здесь нет банкоматов», — повторили симпатичные смуглянки-бирманки, припудренные бело-желтой пудрой. Это другой неотъемлемый штрих бирманских традиций — танакха. Сухую древесину одноименного дерева растирают на камне или мелкой терке, превращают в пудру, смешивают с водой и наносят на лицо. Функций у танакха несколько. Во-первых, это красиво, потому что лицо становится светлым. В Азии чем лицо белее — тем девушка милее, а загоревшее и смуглое не так привлекательно. Во-вторых, танакха защищает от солнечных лучей, что в условиях круглогодичной жары лишним не будет. Крем от загара в магазинах здесь потому и не найти: зачем, есть танакха! И третья функция древесной пудры — приятный запах, это своего рода парфюм. Плюс можно каждый день наносить ее на лицо по-разному — сегодня только на щеки, завтра на лоб и нос, послезавтра отбелить лицо полностью. И так разнообразить внешность.

 

Но вернемся к кредиткам. «Странно, девчонки, а где же они есть, ваши банкоматы? Поделитесь адресочком!» — переспросил я работниц стенда информации. И услышал, казалось, шутку и приговор одновременно: «Сэр, банкоматов нет в стране». Не поверил — побежал переспрашивать в пункте обмена валют, туристическом агентстве, офисах такси и отелей. Опасения подтвердились: в 2010 году в мире существует огромная и развитая страна, в которой не действуют банковские карты. Но холодный пот выступить не успел — казалось, ответ на следующий вопрос решает проблему. Я попросил подсказать адрес банка, где можно воспользоваться системой мгновенных банковских переводов. «Сэр, в Мьянму денежные переводы из-за рубежа невозможны», — продолжила барышня. Я рассмеялся. А народ смотрел и не понимал: не сошел ли с ума этот белый вместе со своими рюкзаками и кредитными карточками?

Итак, в кармане полдоллара, вылет в Киев через пару недель, притом из Бангкока, куда билета нет. Я не могу не то чтобы на такси — на автобусе добраться в город. Дальше были скитания по аэропорту в надежде на чудо; встречу человека, который скажет: «Дружище, ХХІ век за окном, конечно банкомат есть! Я дам тебе адрес». Чуда не произошло, но скитания не остались напрасными. Один разговорчивый джентльмен в юбке пообещал «что-то придумать» и принялся звонить.
«Прыгай в машину, поехали!», — вскоре крикнул он. Я возразил: нечем заплатить. «Если не получится найти деньги, платить не будешь. Ну а если получится, с тебя шесть долларов», — ответил мужчина, оказавшийся гидом по имени Маму. Так и быть.

«Понимаешь, военное правительство, ограниченные контакты с внешним миром, экономическая блокада США. Ты не первый и не последний с этой проблемой, не переживай. Обычно туристы с кредитками вечерним рейсом улетают обратно в Бангкок», — вещал Маму. Хорошая перспективка нарисовалась. Но у Маму была задумка: в городе есть один пятизвездочный отель, который, используя хитроумные схемы прокачки денег через Малайзию, может небольшими порциями обналичивать деньги с кредитки. В мои планы путешественника-рюкзачника, который хотел проскочить по всей стране, «пять звезд» не вписывались. Но выхода не было. В отеле меня уже ожидало очередное огорчение — предстоящие выборы внесли коррективы и сюда. Лавочка прикрылась, деньги не обналичивают.

— В аэропорт? — уныло спросил Маму.

— Твою, Маму, доброту не описать словами. У меня нет обратного билета, — мне было уже не смешно

Маму опрокинул голову назад, посмотрел куда-то в небеса и засмеялся. Не знаю, что и каким богам и говорил Маму, но сомнений не было — поездка будет интересная.

— Маму, может я смогу что-нибудь продать? У меня есть ноутбук, часы и даже новая одежда, купленная в Камбодже, — интересовался я.

— Продать только за копейки, и на такси не хватит. Страна бедная, Китай рядом, часы и шмотки по пару долларов максимум. А качественное никому не нужно, — ответил мой бирманский друг.

— А посольство украинское? Или консульство? Представительство украинской фирмы или предприятия?

— Ничего нет. Я первый раз вижу человека с Украины, — обрадовал Маму.

— А с россиянами ты работал, Маму? — переспросил я

— Да, один раз.

— О, российское посольство! Должно быть!

— Есть. Едем?

Я понимал, что надежда только на братьев-россиян, иначе ночевать мне под тропическим деревом с рюкзаками в обнимку, пока не соберу шесть долларов на такси и еще пару сотен на билет до Бангкока. Как назло был уже почти вечер выходного дня. По громкоговорящей связи я начал диалог с охранником посольства России в Мьянме. Сразу признался: не россиянин я, украинец, но прошу хотя бы проконсультировать. Выслушав меня, человек по ту сторону двери попросил подождать. Минут через десять динамик зашипел — меня попросили уточнить тип кредитных карточек. На следующем сеансе связи охранник обрадовал: банкомат якобы есть, и сейчас он узнает, где именно. «Я же говорил! Не бывает стран без банкоматов!» — я уже разговаривал сам с собой. Через пять минут охранник снова пробурчал из динамика: банкоматов все-таки нет, но ко мне выйдут.

 

Дружба навек

Интеллигентный мужчина в очках, на вид лет тридцати, был одет по-субботнему, без галстука. Документы не спрашивал, пригласил внутрь, выслушал и констатировал: «Единственный для вас вариант — пятизвездочный отель и обналичивание денег там», — начал Алексей Семенихин, оказавшийся первым секретарем посольства, случайно заскочившим сюда в субботу. Мне просто повезло, что встретил его, а вот вариант с пятизвездочной гостиницей, как известно, уже отпал. Алексей намекнул: придется возвращаться в Бангкок. И даже в устеленном коврами посольстве слышалось эхо от нашего смеха, когда я ответил, что обратного билета тоже нет. Это диагноз. Мы посмеялись и перешли на ты.

— Какой бюджет ты планировал на Мьянму, — уточнил Алексей.

— На две недели мне бы 1000 долларов...

— Но в этом случае ты сможешь передвигаться по стране только на автобусах, ни на такси, ни на самолет не хватит, — уточнил Алексей.

Я утвердительно и с надеждой кивнул головой.

— Предположим, я одолжу тебе деньги, — вдруг продолжил земляк. Я еще не верил в то, что слышу, но стал рассуждать, что мог бы оставить в залог и перечислял, в каких сферах найду общих знакомых, готовых за меня поручиться. «Моявера в людей стоит гораздо больше 1000 долларов. Я помогу», — спокойно произнес Алексей и исчез за массивной деревянной дверью. Я не верил в происходящее. Человек, которого я знаю минут восемь-десять, выносит мне конверт с десятью новенькими стодолларовыми банкнотами. Из личных запасов, на доверии. Алексей сказал, что когда я вернусь в Киев, должен передать деньги в Москву, его сестре. И предупредил: не вздумай помять купюры, они должны быть ровными. Помял, согнул — можешь в этой стране на них не рассчитывать. Неновая или неровная банкнота не принимается. Но я уже ничему не удивлялся и послушно прятал деньги в жесткую пластиковую коробочку.

— Россия! Россия! Оле-оле! — хотелось закричать, чтобы стены в посольстве вздрогнули. Моя экспедиция спасена. «Леша, приглашаю завтра на обед или ужин. Угощаю», — сказал я, и мы пожали руки.

Иностранцы, которые встречались мне по всей стране, отказывались верить в эту историю. «В нашем посольстве нам бы просто посочувствовали», — рассуждали австралийцы, немцы и все остальные. В этот момент я всегда подчеркивал — мне помогло посольство даже не моей страны.

 

В Нирвану

Мьянма — самая искренне-буддистская страна на планете, где религия играет колоссальную роль. И школьник, и таксист, и правитель в погонах до мозга костей религиозны, а такое количество монахов не встретишь больше нигде в мире.

Они колоннами ходят по улицам, ездят на крышах автобусов и на мопедах, бродят по улицам и магазинам, сопровождая тебя всегда и везде. Буддизм существует здесь очень гармонично с остальными сторонами жизни.

Количество золотых пагод, думаю, не сосчитают и сами бирманцы. Что там впереди? Не сомневайтесь, это пагода. А что на холме? Тоже пагода, а за ней еще десять. И за поворотом, к гадалке не ходи, тоже пагода.

Подростки вечерами отдают предпочтение не пиву (пиво в Мьянме отменное — Прим. авт.), а подтягиваются к пагодам, садятся на кафель и о чем-то болтают. Рядом за ручку ходят влюбленные пары. Повторить конспекты перед экзаменом к пагоде приходят студенты, причем добровольно. В выходные дни сюда стягиваются целыми семьями; едят, болтают, играют, спят.

 

Только представьте, каждый мьянманец-мужчина должен хотя бы три раза в жизни стать монахом. Первый раз — в возрасте до 7 лет, второй раз — до 12 и третий — пока не стукнуло 20 лет. Уходить в монастырь можно ненадолго, даже на день. Хотя опыт показывает: обычно это дня три, а то и неделя. Традиция несет в себе сразу несколько целей и задач.

Во-первых, смыл жизни буддиста — вырваться из круга перерождений и попасть в нирвану. А закончить цикл перерождений можно, лишь накопив нужное количество заслуг и улучшив свою карму. Проведя некоторое время в монастыре, человек сам  заслуживает нечто и увеличивает заслуги своих родителей. А также людей, которые спонсируют его пребывание в монастыре. Так улучшается карма сразу нескольких людей. Во-вторых, в монастыре человек усваивает традиции и обычаи буддизма. В-третьих, в сельской местности так получают образование — учатся писать и читать в монастырских школах. И даже перестав быть монахом, можно продолжить посещение школы.

Примерно в 20 лет парень решает, что ему ближе: монастырь или соблазны жизни мирской. Но решение принимается не раз и навсегда, в любой момент можно уйти из монашества и вернуться в него.

Позитивную и по-своему праздничную атмосферу Бирме придают не только тысячи монахов в оранжевых, а точнеешафранового цвета одеждах. Тут не увидишь бомжей, их просто нет. Зачем оставаться без определенного места жительства, если можно уйти в монастырь, где тебя накормят, напоят и оденут на пожертвования мирян.

Почему большинство монахов — мужчины, и уважают их больше, нежели монахинь? Просто женщина даже в нирвану попасть не может, для этого она должна сперва переродиться и в новой жизни стать мужчиной. В общем, интересную религию придумали буддисты, которых в Мьянме больше 80%. Есть еще 5 % мусульман, чуть меньше индуистов и китайцев, даже есть христиане и анимисты.

В Янгоне целые кварталы заселены индусами и китайцами, где исторически селились люди из этих стран-соседей, сохраняя свою культуру и обычаи. Заходишь в такой квартал и понимаешь: Бирма закончилась, я в Индии. Прошел 500 метров, повернул за угол — опять в Бирме.

 

«Лексус» за миллион

Мой спаситель Алексей из посольства Российской Федерации оказался наполовину украинцем. Его мама родилась в Луганской области, а к родной тете на Украину Алексей летает каждый год.

Как договаривались, на следующий день мы пересеклись за рюмкой чая и болтали о жизни — украинской, российской и бирманской. Леша подвез меня на служебном внедорожнике Nissan X-trail; это была вторая новая машина, которую я увидел более чем за сутки в стране. 99,9% дорожного трафика — японские машины, которым в лучшем случае лет по 20. Я думал: всё потому, что страна бедная, но ошибался. Как вы думаете, сколько стоит ржавая Mazda или Toyota начала 80-х годов прошлого века? Крепко держитесь? Минимум 15—20 тысяч долларов. А машина поновее, которой всего лет 15, и за которую в нашей стране дадут тысячи две долларов, стартует от 25 тысяч. Все благодаря пошлинам, установленным правительством. Поэтому хорошие авто не просто выделяются — сверкают в дорожном потоке. В Мьянме есть аж два «Хаммера», каждый из которых стоит тут миллион долларов. И несколько новых «Лексусов» — тоже по миллиону. А служебная машина Алексея, которой сейчас три года, по бирманским меркам оценивается в 250 тысяч долларов, хотя во всем мире она и новая обойдется максимум тысяч тридцать, не говоря о трехлетней. Дороги Мьянмы — парад ретро-экзотики, где легко встретить даже редкие экземпляры автотехники родом из 50—60 годов прошлого века.

 

— Ты знаешь, сколько стоит каждая из этих машин? Но их покупают. За аренду квартиры на окраине города придется отдать не меньше 50 долларов, но их снимают. Кружка пива стоит 50—60 центов, но спрос есть. Да, страна бедная, официант в кафе зарабатывает 30 долларов в месяц, а учитель от 90 до 100 долларов. У многих очень скудное меню, но голода нет, кстати, и не было никогда в истории. Страна сама себя кормит, даже несмотря на то, что товары из Мьянмы нельзя экспортировать в Европу и США. Держится, продает рис и морепродукты в другие страны, — рассуждает Алексей и бегло оглашает официанту на бирманском языке наш заказ. Мы переходим к разговору о его мьянманской истории. Судьба как для дипломата довольно типична — в МГИМО сообщили, что будет изучать бирманский язык. Возражать не стал, на последнем курсе попал в Бирму на практику и полюбил, как свою «первую заграницу». Очень скоро Алексей работал в Янгоне атташе. А дальше пошло-поехало: третий секретарь, второй, первый.

— Послом стать планируешь? — спрашиваю

— Это все карма — смеется Леша

Он уверен, чтобы в Азии чувствовать себя комфортно, нужно найти свое место в их системе координат, правильно поставить. Но ни в коем случае не держаться господином, как часто делают наши люди, увидев, что им кланяются и обращаются «сэр». В Бирме очень строгая внутренняя иерархия. Например, нет обращений «ты» и «вы», все гораздо шире. Слово «я» в переводе с бирманского — королевский раб. Тут целый список приветствий и обращений в зависимости от ситуации: сын, внук, старший брат, младший брат и т. д. С уважением обращаются и кланяются всем. «Никогда не забуду сцену, когда в переполненный автобус пыталась пробраться женщина с двумя переполненными мешками с пустыми бутылками. Люди уже из дверей свисают, а она внутрь. Парни вылезли из автобуса, пустили ее вместе с мешками, помогли и… повисли на подножке. Представляете такую картину у нас? Да весь автобус уже кричал бы: куда ты, старая, со своими бутылками! А тут помогли. Потому что это Восток, его не понять через призму европейских ценностей — это неправильный подход. Здесь нельзя построить вторую Францию или Англию. Психология другая, люди иначе думают и смотрят на мир», — рассказывает русско-украинский мьянманец Алексей.

Он сторонник оценки через призму Востока и политики. Чтобы понять ее правильно. «Мьянма находится в специфических условиях и в целом враждебной среде. Большая часть стран о ней ничего не знает, но относятся заведомо негативно. И случай с кредитными карточками — тому показатель. Все финансовые операции из Мьянмы блокируются американскими банками, ведь Штаты — основной оппонент местной администрации. Мьянма расположилась на важном геополитическом и геостратегическом направлении: с одной стороны Индия, с другой — Китай иАСЕАН (Ассоциация стран Юго-Восточной Азии).Интересы Запада, Японии и США тут пересекаются. Я бы сказал, что власть здесь отнюдь не репрессивна, весьма националистична и патриотична — далеко не самый худший вариант. Они пытаются отойти от военного правления, но с сохранением границ и независимости. Хотят остаться самими собой, ведь на примере того же Таиланда видят, как можно измениться. Но повторять путь соседа не хотят, пытаются идти вперед, но с бирманским лицом», — подытоживает Леша.

Нелюбовь со странами первого мира — это безусловно потери. Та же Камбоджа сегодня получает от благотворительных организаций минимум 50 долларов помощи на человека. А Мьянма получает восемь, и то это уже после печально известного цунами. А до этого получала три.

 

Но все равно есть потенциал, за счет которого идти вперед. Бирма фантастически богата природными ресурсами — тут есть почти вся таблица Менделеева, только не разработанная. О знаменитых бирманских рубинах и говорить не буду. Есть и нефть, но всего два нефтеперерабатывающих предприятия, которые производят бензин с октановым числом 70. Необходимый же автомобилям 92-й приходится импортировать.

В стране очень большой процент образованности, и в шутку про нее даже говорят: «Бирма — страна самых грамотных таксистов». С ними почти всегда можно изъясняться на английском. А в российском посольстве, например, водителем работал даже бирманский микробиолог.

 

Два пути

Сегодня в Бирме переломный момент, а итоги выборов уже готов предсказать любой таксист — 7 ноября военные снова снимут погоны и продолжат руководить страной. А вот по какому пути пойдет после этого Мьянма, во многом зависит от того, признают ли ее выборы в Вашингтоне и Брюсселе. Если да — это путь стремительного развития, инвестиций и серьезных перемен. Если нет — то выборы признают в Пекине и Дели. Это тоже развитие, но уже на совсем другие деньги. В любом случае после 7 ноября страна будет меняться. Времени, чтобы увидеть ее в сегодняшнем облике, осталось не много.

 

Продолжение следует.

 

В одном из следующих выпусков «Известий в Украине» — репортаж о священной бирманской горе Попа, старой столице Мандалай и девственном побережии Бенгальского залива.

 

 

Мьянма сменила название

По сообщению агентства Reuters, вчера Мьянма сменила свое название, флаг и гимн. Теперь вместо Союза Мьянма страну будут называть Республика Союза Мьянма. Новый флаг представляет собой три горизонтальные полосы желтого, зеленого и красного цветов со звездой в центре. Что символизируют новые цвета и звезда, власти официально пока не разъяснили. До вчерашнего дня флаг был красно-сине-белым.

Еще новости в разделе "Мир"

Путешествия
Лучшие места зимней Канады
Афиша
15 ГРУДНЯ У ПРОКАТ ВИХОДИТЬ ФАНТАСТИЧНИЙ ЕКШН «БУНТАР ОДИН. ЗОРЯНІ ВІЙНИ. ІСТОРІЯ»
Красота
Сексуальные французские фермеры в календаре 18+
Психология
9 способов выбросить из головы негативные мысли, возникающие снова и снова

Новости партнеров

Мы в телеграм