Вопрос выживания Дмитрий Скворцов

2014-05-20 15:44 33628

Менее месяца тому – еще в конце апреля – Путин предупреждал «наших украинских партнеров», что разрыв связей в едином пока еще военно-промышленном комплексе обернется для последнего гибелью: «Россия в состоянии и по финансовым соображениям, и по технологическому уровню осуществить импортозамещение. Мы выживем и пойдем дальше, а наши партнеры не смогут.

Потому что другого рынка сбыта у них нет. Его просто нет.Единственный потребитель – это только российские Вооруженные силы». Однако сегодня – после прошедшего в Донецкой и Луганской республиках референдума, после Одессы, Славянска, Мариуполя, наконец, после сегодняшнего артиллерийского обстрела Краматорска – становится ясно, что воссоздание Новороссии лишь вопрос времени. В душах жителей юга и востока нынешней Украины он необратим. А значит, неминуемо и прощание Украины с её оборонкой, сосредоточенной преимущественно на тех же юге и востоке. Сегодня, пожалуй, запоздалым выглядит даже вопрос «выживет ли без РФ Украина как таковая».

Уход бюджетообразующи
х отраслей, сосредоточенных в промышленном поясе от Харькова до Одессы приведет к катастрофическом
у обнищанию в очень свидомых, а потому дотационных областях, и вслед за этим – к социальному взрыву, усиленному войной политических группировок, стремящихся поживится остатки власти.

Собственно, взрыв этот думающими политологами прогнозировался и в рамках единой Украины – вследствие ухода бюджетообразующи
х областей в мир иной, как это предусмотрено условиями ассоциации Украины с ЕС.

ВСЕ экономические исследования показывали, что если в Таможенном союзе с РФ, Белоруссией и Казахстаном индустриальный и аграрный комплексы Украины были бы востребованы как равноправные партнеры, то в ассоциации с ЕС Украина рассматривалась исключительно как сырьевой придаток (и то – временный, пока не истощатся почвы и недра). В этой экономической модели лишними оказывались десятки миллионов человек, задействованных в ненужных для ЕС отраслях украинской экономики и их инфраструктуре. А ведь этим миллионам уволенных предстояло (и предстоит, как рассчитывают яценюки, подписавшие таки ассоциацию с ЕС) не только покупать продуты питания по европейским ценам, но и из своих отнюдь не европейских пособий по безработице оплачивать коммунальные услуги по ценам, взвинченным согласно требованиям ЕС.

Вряд ли украинским евроинтеграторам удастся удержать даже подконтрольную им территорию долго в молчаливой покорности. Руина неизбежна. Как несомненно то, что никто кроме РФ не сможет затем оживить этот край. У европейских стран давно уже нет ресурсов на освоение территории с 20 млн. голодного и стремительно криминализирующе
гося населения. А России придется поднимать то, что останется от Украины хотя бы ради того, чтобы стабилизировать ситуацию с ордами на своих юго-западных границах.

Это если говорить о чисто прагматическом аспекте. Но есть еще и более высокие стороны вопроса.

Чтобы перейти к ним, приведу слова человека, дружбой с которым горжусь – Яна Таксюра: «Итак, для чего Украине нужно быть с Россией, было сказано. И когда сегодня пишут о воссоединении России, Украины и Беларуси как о самоценном благе, говорю: с радостью встречу такое объединение! Но объединяться лишь для единой таможни, для совместного повышения покупательной способности населения, для утверждения «общечеловечески
х» ценностей, чтобы в едином параде прошагали от Карпат до Владивостока объединённые извращенцы, и при этом по-маниловски воздыхать: ах, мы снова вместе, какая прелесть! – не хочу. Не ради европейских гей-ценностей нужна нам Единая Русь. И даже не ради военного союза против НАТО. Вместе мы должны быть ради Неба. Вместе идти к нему».

Православные знают, что «идти к небу» означает, спасать свои души. На исторически православной территории нынешней Украины когда-то это знали все. Даже сегодня, несмотря на все униатские и сектантские достижения создателей и воплотителей проекта «Украина», каноническая православная церковь объединяет гораздо большее количество верующих, чем все остальные конфессии вместе взятые. И для этих верующих главное – спасение для вечной жизни. По учению Христа это возможно лишь в лоне Церкви. Но Православная Церковь в современном мире все более и более вступает в конфликт с идеологемами общества потребления и моральной вседозволенности
. В половине православных стран уже и сама церковь сдалась на милость победителям. Остальную часть эта участь также, похоже, ждет. Об этом, собственно предупреждалось еще в Новом завете. Но там же говорилось и о то, что спасется стадо малое. И, похоже, всё идет к тому, что стадо это сосредоточено будет в большинстве своем в той части Церкви, что устоит перед агрессией общечеловеков против России.

Именно в интересах спасения православных и был, по сути, создан Церковью к концу XV в. тот Третий Рим, который после падения Восточной Римской империи стал не просто единственным суверенным православным царством. Вселенская Церковь сформировала Россию как защитницу православных во всем свете. Выдающийся культуролог и историк христианства Владимира Махнача писал: «Россия не выбирала себе роль империи. Ее готовили в этом качестве на протяжении XIII—ХV столетий: с XIII в. — как союзницу слабеющей Византии, а к концу XIV (когда греки, пожалуй, уже лучше нас видели, что Константинополь обречен)... — как преемницу, которой вручен был скипетр вместе с основными, выработанными Церковью и православной государственност
ью, нормами...».

Но если именно Церковь создала ту «территорию спасения», которую сегодня называют Русским миром, то где же, как не в нём спасаться душам нынешних и будущих поколений православных граждан Украины, которых тянут в т.н. «мир цивилизованный»?

Еще блоги

Блоги